Я довольно странный начальник.

Василий Уткин — спортивный комментатор, к чьему мнению прислушиваются (самые популярные запросы в Интернете – «Блог Василия Уткина», «Василий Уткин твиттер», «Конференция Василия Уткина» и «Прогнозы от Василия Уткина»).

Когда он комментирует футбол, происходящим в телевизоре начинают интересоваться и равнодушные к этому виду спорта. Потому что комментарии Василия Уткина — это свой отдельный моноспектакль. Когда Уткин в ударе, футбольные баталии могут вообще отойти на задний план. Недаром его периодически зовут то на театральную сцену, то на съемочную площадку, то на радио, то в ТВ-проекты, не обязательно связанные с футболом. В выходящем на экраны фильме Бориса Хлебникова «Пока ночь не разлучит» Василий сыграл пусть эпизодическую, но все-таки очередную свою роль.

Первооткрыватель Шнурова

- Вы сыграли в эпизоде с Сергеем Шнуровым. Говорят, вы большие друзья?

- Это старая история. По крайней мере, я сам никогда этого не скрывал, и все таблоиды пару лет назад опубликовали информацию о свадьбе Сережи, на которой были и я, и Борис Хлебников, и много других замечательных людей.

- А о чем говорят брутальные мужчины — Уткин и Шнуров — в обычной жизни? Что вы обсуждаете?

- Всякую всячину, ну и смысл жизни, конечно. А что нам, в конце концов, обсуждать еще? Мы оба над этим работаем, каждый своими средствами. Сережа более прямыми, я — нет, потому что искать смысл жизни средствами футбола — это довольно странное занятие. Хотя я знаю много людей, которые ищут смысл жизни, допустим, выращивая овощи или разводя гладиолусы. Или, например, бездельничая. Мы с Сережей знакомы достаточно давно, по-моему, с 2001 года. Тогда я вел на канале ТВС, недолго просуществовавшем, передачу, которая называлась «Земля — воздух». Это была передача, в которой выступали живьем разные музыкальные группы и музыканты вообще… По-моему, как раз у нас группа «Ленинград» впервые появилась в эфире. Во всяком случае, в прямом эфире — совершенно точно. И когда мы пересеклись, у нас уже были общие знакомые, так общение развивалось, развивалось, и в конце концов, в общем, я, наверное, имею право называть Сережу своим другом — ну, по крайней мере, мы так друг друга называли не раз.

- Обычно футбольные комментаторы мало проявляют себя вне профессии и редко появляются на каких-то светских мероприятиях. Вы же и политику, и экономику неплохо окучили на «Эхе Москвы», и ток-шоу занимаетесь, и музыкальными программами — та же «Земля — воздух», и играете, можно сказать, драматические роли. Вас всюду зовут?

- Во-первых, вы довольно размашисто назвали драматическими роли, которые я играю. А во-вторых, я не первый и далеко не последний комментатор, который связывается с актерской стезей. Например, Николай Николаевич Озеров был профессиональным актером, Котэ Иванович Махарадзе тоже был профессиональным актером.

Видите ли, в чем дело, у меня довольно широкий круг общения, и… так же, как я привлекал к самым неожиданным вещам своих знакомых и друзей, которых я просто хорошо знаю, так же и меня порой зовут в какие-то парадоксальные проекты.

Урок от Баринова и Гришаевой

- Теперь вы большой человек — главный редактор спортивных каналов «НТВ+». Какой вы в кресле начальника?

- Думаю, что с точки зрения административной я довольно странный начальник. Понимаете, в чем дело, просто у комментаторов определенным образом устроена жизнь. Во-первых, регулярно работаешь практически ночью, а во-вторых, всегда работаешь по выходным. А главное достоинство любого руководителя — это когда ты точно знаешь, где и когда ты можешь его найти. Меня не всегда можно найти на рабочем месте в рабочее время. Все чиновники типа меня в пятницу вечером уходят домой — и у них два выходных. Так? А у меня еще есть два рабочих дня — потом сразу понедельник. Вот сейчас Лига чемпионов — я, правда, приболел, — но обычно со вторника по четверг идет работа комментаторская где-то часов с десяти или с девяти, а иногда и раньше, а заканчивается порой в три ночи. Ощущения — как от трех дней свадьбы…

- Причем свадьбы Шнурова.

- Свадьба Шнурова была очень благопристойная, кстати.

- Говорят, вы на СТС будете участвовать в проекте «История российского юмора». Это правда?

- Это документальный сериал, он уже давно снят, просто сейчас выходит в эфир. В окончательном виде я пока ни одной серии не видел. Мы посмотрели связь юмора с историей страны, историями жизни людей. Я был, честно говоря, очень удивлен, что меня пригласили вести этот сериал вместе с его непосредственным автором и родоначальником идеи Борисом Корчевниковым. Я же к этому никакого отношения не имею. А любой человек, который к этому отношения не имеет, моментально вызывает страшную ярость — такую артистическую ревность. Как только он начнется, вы поймете: кого же еще надо было позвать, как не меня? Кто еще из людей, которые не занимаются юмористическим поприщем, так известен своей искрометностью, как я? Эх, к сожалению, не перейдут мои грустные тона в ваши буквы. Не могут этого сделать буквы.

- Насколько уютно вы чувствуете себя на съемочной площадке, на сцене? Вы нервничаете перед спектаклем?

- Спектакль у меня всего один («День выборов». — К.Б.), и играю я его, если мне не изменяет память, восьмой сезон. Сейчас уже, конечно, совершенно не нервничаю. Скорее бывают другие ситуации. Спектакль ведь идет вечером, я регулярно приезжаю после каких-то бурных дел. Раньше-то я мог спокойно посидеть дома в этот день, пописать заметки или просто поплевать в потолок. А сейчас, бывает, к этому времени иногда уже и устанешь. Или, допустим, через пробки едешь. Перед первым спектаклем я, конечно, очень волновался. Меня это даже самого удивляло, потому что в общем-то я и на виду привык быть, и в эфире был многократно, на съемках — но, понимаете, это всё как-то было до пояса. А по сцене ведь надо ходить! И вот начинаю думать: а куда руки девать, а куда повернуться — боком или как?.. Совершенно другая система измерения.

Кстати говоря, когда спектакль появился, в нем участвовали очень многие люди, которые суперзвездами тогда и не были — Федор Добронравов, Нонна Гришаева, да и сам «Квартет И». Это теперь Федор чуть ли не лучший комедийный актер в стране. Нонна Гришаева — какая сумасшедшая звезда… А тогда они были просто популярными актерами. И вот мы репетируем. Я что-то сделал — мне говорят: «Вот это хорошо, вот это запомни, вот так в следующий раз сделай». А я не понимаю, как я сделал-то! Я не могу это повторить, а они могут. И перед премьерой меня буквально понесло.

Я тогда еще вел такое реалити-шоу на ТНТ — «Голод». Может быть, помните? И несколько раз приходилось летать в Берлин, там всё это происходило. В день премьеры я прилетел из Берлина в районе двух-трех часов дня. Сел в Шереметьево, и — великая пробка на Ленинградке… Приезжаю с самолета, что называется, не пимши, не жрамши в половине седьмого в театр… хе-хе-хе-хе… Зал уже полон, ложи практически блещут, где-то на сцене разыгрывается группа «Несчастный случай» — и меня начинает колбасить. Я думаю: Боже мой, что же сейчас будет-то? Я ведь еще ничего не…

Ну, слова-то я помню, но… я не знаю, как правильно делать все остальное. Подходит ко мне Валера Баринов (Валера — это не панибратство, он не позволял называть себя по отчеству). И говорит: «А что с тобой происходит?» А я ему говорю: «Ну, как — вот я же не помню, как делать-то»… Он говорит: «Я тебе скажу одну простую вещь — этому учат примерно в начале второго курса на актерском. Понимаешь, ничего не играй. Просто выходи — и говори, играть ничего не надо!» И — пошел. Я думаю: ну, ничего себе, успокоил! Что значит — «не играй»? Это я, когда футбол комментирую, не играю, и вот в пробке ехал — не играл. А тут на сцене… В это время трогает меня за плечо Нонна Гришаева: «Что с тобой происходит?» Я ей повторяю то же самое. Она говорит: «Вась, ты знаешь, этому учат между первым и вторым курсом актеров. Ты просто не думай, ты не должен ничего играть, просто выходи и говори». Я так про себя думаю: конечно, бывает, что разыгрывают, а тут не похоже, чтобы разыгрывали — наверное, что-то в этом есть. Ну, я вышел, стал говорить — вроде получается!

- Говорят, что уроки словесности ваш дедушка вам преподал. Это правда?

- Это не совсем так, просто мой дед по маминой линии был учителем русского языка. Я получил в итоге образование в пед-институте, на филфаке, пошел по стезе деда. Но мой другой дедушка не имел никакого отношения к литературе, он был потомственный рабочий — человек глубоко образованный, с очень тонким юмором, и папа его юмор вполне унаследовал. А мама у меня — врач. Вы знаете, юмор у врачей своеобразный… Вот семейка такая подобралась. Поэтому так всё и вышло.

Денисов как персонаж Гашека

- Вот вы хоть и не комментировали на прошлой неделе игру «Спартака» с «Селтиком», но в блоге написали, что «весь дебют матча напомнил мне сцену из первого «Индианы Джонса». Эка вы филигранно!

- Не я придумал, кстати говоря… Самое главное качество журналиста — много помнить и удачно все склеить. Я это прочитал больше 15 лет назад в тексте одного своего коллеги уважаемого. Даже помню, кого, но не скажу. Что касается матча «Спартака»: так изобретательно испоганить вечер своим болельщикам — это надо уметь. Это, конечно, особый талант, и в этом таланте «Спартак» у нас, наверное, чемпион. К сожалению. Всё, что я могу по этому поводу сказать.

- Сейчас много говорят о том, что большие деньги портят футболистов. Ситуация, когда Игорь Денисов взбрыкнул в «Зените», обсуждалась не только в футбольных кругах…

- Есть у Ярослава Гашека в «Похождениях бравого солдата Швейка» история об одном капрале, которого повысили в звании. Когда ему нашили новую звездочку, он вдруг стал пухнуть, его стало раздувать. Раздувало, раздувало — и уже форма стала ему мала, он чуть ли не задыхался в своем воротничке — но расстегнуть-то не мог, не по уставу же. И думали: что с ним делать? Самая большая форма мала! Наконец решили обратно его звездочку спороть. И вы знаете, он очень быстро сдулся назад. Вот такая параллель у меня возникает в истории с Денисовым.

- Ну, мы привыкли кидать камни в своих, но вот Криштиану Роналду потребовал от клуба все доходы от собственного изображения перечислять ему, а не 60%, как сейчас. Футболистам миллионов мало?

- Ситуация с Криштиану Роналду в любом случае сильно отличается от других примеров самодурства футболистов. Дело в том, что Криштиану Роналду реально зарабатывает много денег. Очень много денег. Это мировой гигантский проект. И как его делить — это вопрос реальной справедливости. Это не вопрос «мало или много?», потому что Криштиану Роналду ни у кого чужого не берет. На нем зарабатывается много денег, а то, что у него есть своя позиция, как правильней распределять, — это совершенно нормально.

- Еще один «денежный» вопрос к вам как главному редактору спортивных каналов «НТВ+». Все-таки должны ли матчи Лиги чемпионов транслироваться по центральным каналам, а не по платным?

- А почему они должны там транслироваться, скажите, пожалуйста?

- Я не утверждаю. Я интересуюсь вашим мнением.

- Не понимаю вашей мысли. А почему не должны арбузы бесплатно раздаваться людям в жару? Наверное, хочется, чтобы было бесплатно, и чтобы полезно, и в жару… Всем же хочется арбузов в жару?

- Хочется, Василий, да.

- Почему же не раздавать-то?

- Но ведь многие уверены, что футбол — это такое общенациональное развлечение…

- А другие люди платят деньги за то, чтобы показывать. Понимаете? Вы знаете, сколько стоит на год показ еврокубков в России?

- Сколько?

- Ну, я, конечно, вам не скажу, потому что это коммерческая тайна. Но это — охрененное количество денег. Мы коммерческая компания — живем на то, что заработаем. Нам убытки никто не вернет. Если государство считает нужным показывать бесплатно — пусть оно купит, кто ему не дает? А мы не государство. Мы, понимаете… как вам сказать? Ну, по арбузам я вам уже всё сказал, по-моему… Бесплатными должны быть вещи, которые жизненно необходимы. Бесплатным должно быть образование — да? Это понятно. Бесплатной должна быть медицина всеобщая. Должно быть гарантированное жилье. Крыша над головой — это всё необходимо. А в сфере услуг, извините, ничего необходимого нет. Вот на что ты заработал — то ты и получаешь. А всё остальное, ребята, — это зависть. Зависть и привычка жить на халяву.

- Поведение болельщиков — с бананами, без бананов, с речовками националистическими на трибунах — уж точно вызывает вопросы. Хотя вообще-то футбол мог бы научить толерантности…

- Толерантность — это важная проблема, но она многими сейчас поставлена во главу угла и вызывает определенное отторжение. Ведь в некоторых странах девушке в глаза смотреть нельзя, сразу будет харассмент.

У нас в стране молодежи абсолютно нечего делать, ею никто не занимается, образование у нас все хуже и хуже, в институты большинство поступают за деньги, а у кого нет денег, те соответственно и не поступают. Всё это, конечно, слова общие, но я же не могу в коротком ответе аналитическую статью написать, правильно? Поэтому я и говорю об общих вещах. Прибавьте к этому и культуру городских люмпенов, такую «субкультуру». Там и имеется национализм бытовой.

- Но этот национализм почему-то концентрируется именно на футбольных трибунах…

- Потому что спорт — это… как бы вам сказать… Соотношение спорта и идеологии я бы сравнил с соотношением бутылки и вина. Понимаете? Вернее, бутылки и того, что в нее налито. Вот есть у вас бутылка — вы рано или поздно что-нибудь в нее нальете. Вот так же и спорт, он — вместилище идеологий. У него есть все атрибуты идеологии, кроме самой идеологии. Поэтому любая идеология спокойно занимает это пустое пространство. Там могут быть люди, которые чем-то объединены, у них есть какая-то общность, потому что они болеют за свою команду. У них есть противник, который с другой стороны поля, у них есть необходимость поддерживать свою команду, в том числе порой и агрессивно. Это один из способов поддержки. Что наливается, то там остается. Недаром же все тираны любили спорт: Гитлер, Муссолини… Путин… Лукашенко очень любит спорт… Вы знаете, что олимпийский огонь придумал Гитлер? Причем, по одной из теорий, лично он. До берлинской Олимпиады тридцать шестого в современности никакого олимпийского огня не было. Это всё тесно связано с образом факельных шествий.

- Раз уж вы затронули политику, ваш персонаж Игорь Цаплин был таким собирательным образом кандидата в губернаторы. Сейчас губернаторские выборы вернули. Какое у вас отношение к этому?

- Честно говоря, я думаю, что это сейчас не самая главная проблема общества, и я сильно сомневаюсь в том, что при возможности влиять на выборы самым различным образом это вообще имеет принципиальное значение.

Я считаю, что избирательным правом должны пользоваться люди, которые зарабатывают. Которые платят ему налоги, а не получают от него дотации. Иначе общество будет зависеть от тех, кто привык висеть на шее у государства, привык просить и не привык проявлять инициативу. Это мое глубокое убеждение. Нет, я не считаю людей, которые, например, получают пенсию или живут на пособия, людьми второго сорта, но опираться на их мнение при выборе государственного курса неправильно, потому что эти люди зависимы, их легко настропалить в какую-то сторону. И в итоге это несвободные выборы, на мой взгляд.

5 комментариев к “Я довольно странный начальник.

  1. Занимательная интересная статья Да и в отличие от большинства других подобных советов воду в уши не льешь

  2. Тут уже столько написали комментариев до меня. Осталось только присоединиться.

Оставить ответ к ustuustu2 Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *